| Юзеф Пилсудский о Вильне. |
[Nov. 1st, 2009|10:15 pm] |
...Не могу я забыть о том, что среди этих столиц[Рим, Петербург - прим. пер.] было и дорогое мне, любимое Вильно, ставшее столицей - мы можем открыто говорить об этом - не польскими руками, а во время великих дел литовского народа, когда находился он в открытой и непримиримой конфронтации со всем окружающим миром, в том числе и с Польшей. Необыкновенная воля героев Литвы языческой, которые создали великую страну от моря до моря, от стен Москвы до берегов Вислы, воля великих рыцарей, великих в удивительном согласии Кейстута и Ольгерда, великих в своих спорах Витовта и Ягелло - воля построила эти стена, построила фундаменты нашего города, сделала его столицей...
...Потом пришла эпоха Ягеллонов, эпох великих дел исторического значения, когда совместными усилиями обоих, как тогда говорили, народов, не где-то ещё, а именно тут, в равной Кракову столице, наш город стал символом мощи, силы, культуры и цивилизации, победно идущей против варварскому востоку...
...Позже на Польшу[имеется в виду I RP - прим. пер.], обрушилась беда. После долгих и тяжёлых битв стали пеплом дела и наследие множества поколений. Исторические символы, памятники нашей судьбы и мощи - наши столицы - замерли. Но именно тогда, и именно тут[на Виленщине - прим. пер.] зажглась[...] свеча, тепло которой грело и охраняло Польшу. А ведь посмотрите cами! Три четверти произведений нашего великого гения, имя которого повторяет каждый польский ребёнок, когда начинает говорить, три четверти - связано с историей, битвами, и судьбой той, давней Литвы. А гений великого поэта перерождается где-то далеко, на западе Польши в именах детей, которые для некоторых сегодня звучат даже как-то по-чужому - Гражина, Альдона, Валленрод...
...Однако, чтя наше прошлое, помня о крови, пролитой вместе, сегодня, в день триумфа, в день польского триумфа[...] я не могу не протянуть руку тем, в Ковно, которые день сегодняшний, день нашей победы, считают днём поражения и траура. Я не могу не протянуть руки, предлагая согласие. Я не могу не считать их братьями...
...Я как ребёнок на именинах своей матери. Отвергающее любую критику око ребёнка, любящее свою мать, не присматривается, и не спросит, есть ли шрамы на её теле. Красива или уродлива она для кого-то другого, для ребёнка она всегда будет прекрасна, а в день её именин радостно сердце будет стучать быстрее. Вот и, как искренне радостный ребёнок, кричу: "Niech żyje Wilno!"
20.IV.1922, Речь Пилсудского к 3-ей годовщине присоединения Вильна к Польше.
Wybór Pism, str. 186-190., перевод мой. Вообще сложно довольно переводить Пилсудского на русский, уж больно слог поэтичен и нехарактерен для выступлений. |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
toshirskij's journal
.jpg)
